Голиб Саидов (golibus) wrote,
Голиб Саидов
golibus

Пирамида "Джокера"



(Гостиница "Ленинград". Фото из интернета)

(из цикла "Моя трудовая деятельность")

    В середине 90-х годов прошлого века когда я, в очередной раз, оставшись без работы, безуспешно пытался найти подходящую фирму, в моей квартире раздался телефонный звонок. Звонила, как вскоре выяснилось, Оля - «старая знакомая», с которой одно время довелось мне вместе работать.
   Выяснив, что в данный момент я нахожусь в активном поиске, она очень обрадовалась, что попала по адресу и что, наконец-то, ей представился шанс сделать ещё одно доброе дело и заодно поправить мое финансовое положение. А уж, как обрадовался я - и говорить не стоит.
   - А что представляет собой моя будущая должность и что, собственно, от меня потребуется? — робко вопросил я ее, когда она, жертвуя своим временем, изъявила желание приехать и очень скоро оказалась у нас дома.
   - Да ничего от тебя не потребуется, — успокоила она меня и добавила — все, что необходимо, у тебя и так имеется на твоих плечах.
   Я почувствовал, что краснею от такого комплимента, но постарался не подать виду, скромно опустив глаза и добавив про себя: «Ну, конечно же, не лох там, какой-нибудь».

       Выяснив, что моя супруга также временно не работает, она не смогла скрыть своего восхищения:
   - Надо же, как вам обоим повезло!!
   Однако, все по порядку.
   - Для начала, — объяснила гостья — вам следует приодеться в приличный костюм и вместе явиться на собеседование, которое состоится в конференц-зале гостиницы «Ленинград». Народу будет много, но вы не переживайте, поскольку я замолвлю за вас свое словечко вышестоящему начальству и потому, все это будет выглядеть всего лишь пустой формальностью. А так как желающих занять столь выгодную должность (какую — я пока так и не понял) слишком много, то бесплатно она — понятное дело — не дается. Сейчас я заполню бланк с вашими данными, а тебе останется всего-навсего заплатить чисто символическую плату за вас обоих по 150 рублей. По окончании собеседования, для того, чтобы утвердить вас в должности, вам придется заплатить членский взнос в размере 300 рублей на брата и… можешь смело покупать самую большую лопату, которой можно было бы загребать столько денег, сколько в состоянии ты осилить.
   - Кстати, — тут же, ошарашила она меня своим неожиданным вопросом, не давая толком «переварить» услышанное — ты какую машину предпочитаешь? Я, к примеру, собираюсь поменять свою «копейку», на которой к тебе приехала на «Джип-Чероки». И это несмотря на то, что работаю я всего лишь неполных пару месяцев.
   Я был в совершенной растерянности. Если бы передо мной сидел совершенно незнакомый человек, то я, не размышляя ни секунды, послал бы его туда, куда обычно принято посылать на Руси в подобной ситуации. Но с Олей я проработал вместе бок о бок, почти три года, и никогда прежде не замечал за нею ничего такого странного, за что можно было бы подвергнуть ее хотя бы малейшему сомнению. Это была достаточно трезво мыслящая женщина, всегда ответственно подходящая к работе и вполне успешно справляющаяся со своими нелегкими обязанностями. Правда, с тех пор, как поменялось руководство комбината, наши пути разошлись, и я не имел ни малейшего представления о том, чем она все эти три года занималась. Однако, за такой короткий период она вряд ли могла «тронуться» умом. Тем более, я воочию видел ее перед собой и имел все основания полагать, что она почти нисколечко не изменилась с момента нашей последней встречи. Единственное, что несколько смущало меня, так это ее чрезмерная забота о моем благополучии. Тем не менее, подобное отношение я отнес на счет нашей старой дружбы.
   В назначенный день и час мы с женой подъехали к гостинице «Ленинград». В фойе гостиницы было полно народа: всюду фланировали нарядно разодетые мужчины и женщины. Нас тут же встретила Оля и повела через все фойе куда-то вглубь, к своему непосредственному руководству.
   - Пожалуйста, ничему не удивляйтесь и не задавайте никаких вопросов. Вам ясно?! — успела она нам коротко шепнуть, пока мы пересекали холл.
   - О-о! Здравствуйте, мистер Саидов! — совсем по-дружески, как будто мы были знакомы, по меньшей мере, лет сто, поприветствовала меня немолодая, но приятная на вид женщина, в строгом деловом костюме. — Очень рада Вас видеть! Представьте, пожалуйста, нам вашу супругу.
   - Мадам Саидова Елена — тут же отреагировав на происходящее, произнес я несколько торжественно, ожидая, что все мы сейчас дружно рассмеемся и перейдем, наконец-таки, к серьезному обсуждению нашей предстоящей работы. Однако, в ту же секунду, перехватив одновременно угрожающе-умоляющий взгляд Оли, осекся, задержав свою бурную реакцию.
   - Очень рада познакомиться с Вами — продолжила на полном серьезе все та же женщина и представилась сама (уже не помню — как).
   Через какое-то время наши взгляды с женой на мгновение пересеклись, и по ее недвусмысленному выражению я понял, ЧТО меня ожидает дома (ведь, она предупреждала!), хотя внешне, со стороны создавалось впечатление, что она безумно рада происходящему. Еще через 5 минут я уже вполне уверенно и открыто разглядывал окружающих меня «мистеров» и «миссис» всех мастей, которые как сельди в консервной банке заполнили собою все пространство обширного фойе гостиницы. Возле каждой небольшой группки имелись свои «Оли», а иногда и «вышестоящая инстанция». Последних, я тоже легко узнавал по строгим костюмам, добродушным лицам и характерным репликам, которые обычно можно услышать лишь в фильмах про старую добрую Англию викторианской эпохи.
   Я не стану описывать, как нас всех пригласили в зал; как весь этот «спектакль» сопровождался сумасшедшим скандированием специально нанятой клаки, для того, чтобы возбудить, заразить и загипнотизировать весь зал; как в сопровождении идиотской и чересчур громкой музыки, на сцену выскочил какой-то человек, в обязанности которого входило проинформировать вновь прибывших «счастливчиков», как им крупно повезло, что они вовремя явились сюда; как нам на школьной доске демонстрировали — как, в геометрической прогрессии будет расти наша прибыль, если мы завербуем и приведем сюда таких же охламонов, какими являлись сами; как нам с женой не дали в первую же минуту этого сумасшедшего действа встать с места и уйти домой. И еще многого-многого другого, в том же духе. Все это гадко и противно даже до сих пор, когда я пишу эти строки.
   Видимо, поняв, что мы все уже давно «раскусили», руководством организации было дано указание, чтобы Оля ни в коем случае не отпускала нашу чету, хотя бы до тех пор, пока не будет антракт. Ведь, в противном случае, мы подавали дурной пример остальным «ослам», что явно не входило в намерения организаторов данного «шоу». А зрителей собралось не менее 500 человек. А сколько таких дней было до и после нас, одному Богу известно...
   Прощаясь в антракте с Олей, мы очень благодарили ее, стараясь не смотреть в глаза. Мне было очень стыдно за нее, и я старался, чтобы она этого не заметила. Впрочем, она, я думаю, все прекрасно поняла.
   Едва очутившись на «свободе», мы с женой тут же глубоко вдохнули свежего балтийского воздуха и, молча взявшись за руки, медленно пошли вдоль набережной Невы.
   "Боже мой, - мелькнуло почему-то у меня в голове, - а я ведь, за всю свою жизнь никуда её так и не свозил! Мы даже гуляем вместе редко. Надо срочно исправляться..."
   Наконец, поравнявшись с каким-то маленьким бистро, жена вдруг предложила:
   - А давай возьмем здесь коньяка?
   - На какие деньги, Лена?! — изумился я.
   - На последние — спокойно, но твердо ответила она. — Я знаю, что ты завтра найдешь достойную работу, и мы снова заживем хорошо. Даже ещё лучше.
   Я мгновенно расслабился: меня всегда поражало ее хладнокровие в исключительно тяжелых для семьи ситуациях, а потому, в ту минуту, был безмерно благодарен ей за то, что она не только сама верит в меня, но и пытается убедить в этом меня.
   Мы выгребли из карманов все, что имели, взяли по сто граммов коньяка, маленькую плитку шоколада и «отметив» наше печальное событие, не спеша, двинулись в направлении нашего дома. На душе сделалось как-то хорошо и благостно. Предаваясь каждый своим мыслям, мы, брели, взявшись за руки, вдоль гранитной набережной. Подставив себя навстречу холодному осеннему питерскому ветру. Мы действительно в этот момент были счастливы как никогда.
Tags: Моя трудовая деятельность
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments