Голиб Саидов (golibus) wrote,
Голиб Саидов
golibus

Как был развенчан миф о вожде



    "Я не разделяю ваших убеждений, но готов отдать жизнь за ваше право их свободно высказывать!" - это изречение, приписываемое знаменитому французскому просветителю Франсуа Аруэ де Вольтеру, наиболее глубоко запало мне в душу с тех самых пор, когда я впервые серьезно задумался - "Что же из себя представляет настоящая демократия и с чем её едят?".

        Например, в советскую эпоху, в которой я вырос, тоже была своя "демократия". Называлась она социалистической. И, как это ни странно, у этой "демократии" были свои вожди, которых народ обязан был боготворить. А над всеми этими вождями стоял самый главный вождь - Ленин - имя, которое произносилось с трепетом и благоговением.
    Тех, что правили страной после него, народ мог даже критиковать (естественно, после смерти вождя) и даже смещать с поста (понятное дело, когда тот находился в отъезде), но "Главного" трогать не смели. Его даже мумифицировали, дабы продемонстрировать бессмертность гения перед вечностью. Это была "священная корова", "святыня", "икона", "непогрешимая истина в последней инстанции". Никому и в голову не приходило усомниться в гениальности и величайшей прозорливости этого "гения всех времен и народов". Одним словом, советская система сумела создать и внедрить в сознание масс такой величайший миф о вожде, что все остальные известные нам мифы просто меркнут.
    Без Ленина невозможно было представить жизнь простого советского человека, который начиная со школьной скамьи, проходил несколько стадий «посвящения». В первом классе мы с нетерпением ждали — когда нам нацепят на грудь пятиконечную звездочку октябренка. В четвертом — плакали, если наши фамилии не значились в списках тех, кто имеет право носить треугольный красный галстук и гордое звание «пионер». Наконец, в восьмом — тихо ненавидели всех «комсомольских активистов» и … гордились, что не стали ими.
    Являясь продуктом своего времени, я также очень долгое время находился в состоянии гипноза, из которого - как это ни странным может показаться - вывел меня... обыкновенный советский унитаз.
    Излишне, наверное, говорить о том, насколько серьезное значение придавалось идеологии в советский период. Ленинскими лозунгами не были обвешаны разве что только детские учреждения. "Марксизм-ленинизм" преследовал тебя на каждом шагу. То, что "наше дело правое - мы победим", ни у кого не вызывало сомнения. И то, что "Ленин и теперь живее всех живых", не позволяло расслабиться, а заставляло быть всегда и везде начеку. Усомниться в его величии было верхом не то, что - несознательности, но даже - преступности.
    Где-то, краем уха доходило, что во времена И.Сталина были репрессии и процветал культ личности; что Н.Хрущев слишком поторопился с прогнозами в отношении конкретных сроков прихода коммунизма; что "нынешние" руководители намного уступают "первым пророкам революции" и так далее. Но усомниться в самом вожде - было величайшей глупостью. Сейчас, наверное, выглядит смешно, но вынужден сознаться: я даже временами искренне сожалел о том, что Ленин не дожил до наших дней.
    "Эх, надо же, какая досада - не дожил Ильич каких-то ещё двадцать - тридцать лет. А ежели б, до сегодняшнего дня? Вот бы он сейчас дал разгон существующему руководству, - думалось мне. - Вот бы сейчас мы зажили! И главное - народ его, конечно же, поддержал бы. Ещё бы - такой умище!"
    Примерно с подобными мыслями, не дававшими мне покоя, я однажды зашел в туалет. И, усевшись поудобнее на "горшок", стал далее развивать тему и предаваться тому - как было бы здорово, если б Ленин вдруг воскрес.
    Внезапно, я почувствовал острую боль в желудке. Да простят меня дамы (не за столом будет сказано), но я весь напрягся, прилагая все усилия к тому, чтобы освободиться от этой боли. И вдруг...
    Ты мне не поверишь, дорогой читатель, но я вдруг отчетливо представил на своем месте... Ленина. Да, да - нашего любимого и всеми обожаемого вождя. И тут же устыдился такого кощунственного сравнения.
    "Боже мой, что я говорю! - подумалось мне. - Какой вздор: Ленин и...обыкновенный унитаз. Какая чушь! Да за такие мысли меня давно поставили бы в 17-ом к стенке!"
    Однако, раз посетив, эта мысль уже крепко засела во мне, настойчиво сверля мой бедный мозг. И я уже ничего не мог с этим поделать. Эта мысль настолько захватила и увлекла, что последующие картины, что выдало мое воображение, последовали как-то легко, естественно и, можно сказать, непринужденно.
    "Постой-постой, - говорил я сам себе, - он ведь, был такой же человек, как и я. Конечно же, я вполне допускаю, что у него, несомненно, был более внушительный мозг, но все остальное - руки, ноги, уши, глаза, живот и ...(О, Господи! Неужели?!) даже жопа, почти нисколько не отличались от моих. Ну, может быть чуток по-нежнее и по-белее, но все же! Более того, он наверняка также как и я ходил в туалет (ведь должен же он был, хоть как-то, избавляться от пищи!). И наверняка, он также сидел и тужился, когда у него случались запоры, или - наоборот - скрючивался от колик и диареи."
    На мгновение я застыл от ужаса представленного. Но то было всего лишь мгновение, которое как вспышка света озарила меня, осветив заодно и то место, где за минуту до этого стоял вечно живой и непоколебимый вождь мирового пролетариата. И в это самое мгновенье, "пьедестал" в моем сознании рухнул, и я увидел, что на этом месте ничего нет - оно было пустым.
    В ту же секунду я почувствовал, как боль отпустила меня. Я улыбнулся: мне стало одновременно смешно и немного грустно.
    "Так, наверное, бывает всегда, когда кончается сказка..." - подумалось мне.
Tags: Миниатюры
Subscribe
promo golibus march 15, 2013 19:36 21
Buy for 20 tokens
Ecce Homo (Се, Человек!). худ. Антонио Чизери Сколько б я ни ленился и ни откладывал на "потом", изъясниться, все же, придется. Речь пойдет о стереотипах в сознании среднего обывателя, применительно к религии, Богу и о некоей "исключительности" отдельных народов.…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments