Голиб Саидов (golibus) wrote,
Голиб Саидов
golibus

Categories:

Турецкие хинкали






- Он мне сказал: «Такую личную неприязнь я испытываю к потерпевшему, даже кушать не могу»...
(из к-ф "Мимино")



ШАМИЛЬ


          Шамиль приехал поступать в бухарский госпединститут из своего родного села Михайловское, что находилось недалеко от Ташкента. Это было одно из тех немногих сел, где компактно проживали турки-месхетинцы.
Симпатичный, с густыми бровями и темно-карими выразительными глазами, он, можно сказать, был буквально оторван от сохи и отправлен в Бухару: грызть гранит науки и покорять городскую жизнь, очаровывая своим огромным колоритным носом и чувственным ртом местных красавиц.


              Крепко сбитое атлетическое телосложение заметно скрашивало и оттеняло его незначительный - ниже среднего - рост.  Как и многие свои сородичи, Шамиль страстно увлекался борьбой - самым распространенным и обожествляемым, среди турок, видом спорта. И в этом не было ничего удивительного: сила, ловкость и мужество, наряду с честностью и трудолюбием, являлись одними из главных качеств, прививаемых с детства практически в любой турецкой семье.
              И, всё же, главной отличительной особенностью, несомненно, были его глаза. С длинными густыми ресницами.
Его наивно-вопрошающий взгляд, с большими овечьими глазами, всегда имел несколько печальный и грустноватый оттенок, обладая удивительной способностью - притягивать к себе и заставляя собеседника проникнуться жалостью и состраданием. При этом, нельзя сказать, что такие качества, как лукавство и хитрость были ему неведомы. Однако, они лежали на поверхности, как у ребенка, и угадывались невооруженным взглядом. Впрочем, о своих достоинствах Шамиль и сам был прекрасно осведомлен, что являлось, порой, одним из главных и действенных видов "оружия", когда возникала острая необходимость растрогать и расположить к себе оппонента.
          Достаточно сносно изъясняясь по-русски, его речь, тем не менее, отличалась заметным кавказским акцентом и изобиловала целым рядом курьезных оборотов и уникальных выражений, что вполне органично сочеталось с его оригинальной внешностью.
           Как и всякому мужчине, имевшему южные корни, ему была свойственна повышенная импульсивность и чрезмерная возбужденность. Его эмоциональную речь невозможно было воспринимать без улыбки.
           - Чара мы ходили кино: такой фильм, такой фильм! - округлив свои и без того огромные глаза, захлёбывался он, при очередной встрече.
           - Когда? – наивно, уточнял я.
            - Чара! - пояснял Шамиль, не улавливая подвоха.
            Весь наш курс очень быстро полюбил паренька из сельской глубинки, с наивными глазами и добрым сердцем. Очень скоро и естественно у нас образовался довольно узкий и устойчивый круг близких друзей, состоящий из представителей совершенно различных национальностей: татарин, кореец, турок и таджик.
            Избирательная память сохранила сцены частых посиделок, устраиваемых нами в комнате нашего друга, в студенческом общежитии, где мы нередко оставались на ночь, тесня гостеприимного хозяина и его доброжелательных соседей.
            Излюбленной темой наших бесед, как это и следовало того ожидать, являлся противоположный пол. Очень часто, мирные дискуссии незаметно перерастали в жаркие споры с выяснением отношений, выразительной жестикуляцией и всплеском эмоций.
            В такие моменты, возбужденность моего товарища достигала апогея, являя собой исключительное и забавное зрелище.
            - Глянусь тебе, Галиб! - страшно выпучив свои огромные глазища, неистово колотил себя в грудь Шамиль. - Глянусь мамой: я никогда этого не говорил!
            - Не верю! - не соглашался я лишь для того, чтобы вновь насладиться этой «пестней».
            - Глянусь, слышишь! Чем хочешь, глянусь!
            С трудом сдерживая смех, я ещё некоторое время исправно играл свою роль, однако, очень скоро махнув на всё рукой, откровенно наслаждался фейерверком эмоций и каскадом неподражаемых оборотов речи.
            Поначалу, Шамиль наравне со всеми нами мог смеяться над собственными огрехами. И вообще, поначалу он был прост, открыт и оттого естественен. Со временем же, внезапно предоставленная «свобода» и вольная студенческая жизнь сумеют порядком подпортить его гены. Соблазны городской жизни и страстное желание избавиться от комплекса, заставят его сблизиться с сомнительными личностями, сыгравшими в его жизни далеко не положительную роль. Но это будет значительно позже, а пока...
            Пока мы втроем отправились на каникулы в гости к Шамилю, в село Михайловское.
            Эта поездка позволит мне не только поближе познакомиться с его семьей, но и заставит полюбить этот маленький, но гордый и трудолюбивый народ.
            Помню, что всю дорогу мы прикалывались над своим товарищем, предвкушая предстоящий отдых.
            - А как нам называть тебя перед твоими родными? И вообще, как твое полное имя? - волнуясь, расспрашивали мы его.
             - Шамиль Кятиб Оглы. - гордо произнес наш друг. - То есть, Шамиль сын Кятиба.
             - А можно, мы тебя будем звать «по-нашему», ну как на курсе - «простачок»?
             - Ну и скажешь же, ты... - состроил обиженное лицо товарищ и все весело заржали...
             Больше всех, мне запомнился дедушка моего друга. Ему было уже немало лет, но держался он бодро и живчиком, изредка подначивая Шамиля своими колкими репликами, полными иронии и сарказма. И тем не менее, чувствовалось, что он горд за своих внуков, которые отправились в далекую Бухару получать диплом и высшее образование. Было видно, что к науке здесь относятся, не менее уважительно, чем к борьбе.
             Как я и предполагал, его родители также оказались очень скромными  тружениками, с утра до позднего вечера занятые по хозяйству. Мать - добродушная и милая пожилая женщина - постоянно что-то готовила на кухне: она также не скрывала своей радости и от души старалась угодить своей стряпней гостям - друзьям своего младшего сына.
              Отец - загорелый и жилистый мужичок, небольшого роста - всегда был при деле: то он орудовал кетменем и лопатой, на огромном пространстве своего участка, прокладывая канавки для воды и перекапывая землю; то его можно было застать на поляне, скашивающим люцерну, для домашней живности; то он чинил какой-то железный агрегат, приспосабливая его к нуждам своего хозяйства. А хозяйство и в самом деле было немалое. Помимо добротно выстроенного большого дома, сада и огорода, на территории их участка находился также курятник, в котором рядом с многочисленными курами и цыплятами, соседствовал важный индюк. Напротив, располагался широкий просторный хлев, где я запомнил лишь корову и здоровенного быка. Помнится, что меня очень удивили размеры  последнего.
            - Ну, что ты - это же ещё бычок! – смеясь, просветил меня товарищ. - Ему всего полтора года. Мы его зарежем на свадьбу брата.
            Свадьба брата должна была состояться на следующий год: Шавкат был старше Шамиля года на два и уже заканчивал последний курс института.
             Вечером того же дня, мы одной большой семьей собрались в огромной комнате, где на полу были разостланы стёганые ватные одеяла, а посредине, раскинут длинный дастархан, заставленный всевозможной снедью, лепешками и овощами с фруктами. Главным же блюдом на ужин были - конечно же - турецкие хинкали.
            - Ну-ка, сейчас мы проверим: как вы там учитесь! - лукаво подмигнул нам дедушка, когда перед каждым легло большое блюдо со своеобразными пельменями. - Кто как ест, тот так и учится - подытожил он.
             Вскоре выяснилось, что хуже всех академическая наука дается мне. И в самом деле, восхитительное блюдо оказалось на редкость точным барометром. Единственное, что меня смутило, так это то, что у Шамиля выходила круглая «пятерка» - его посудина была вылизана начисто.
              Словом, погостили мы славно...

              Беда нагрянет очень скоро.
              Вначале она постучится в двери дома моего гостеприимного однокурсника, а вскоре затронет и весь этот несчастный народ.
              Через год, в самый разгар свадебных тожеств, тот самый бычок насмерть забьёт своими рогами отца моего товарища, когда родитель, согласно традиции, попытается зарезать животное. В эту страшную весть мне трудно будет поверить.
              А спустя ещё несколько лет, когда наши пути окончательно разойдутся, я узнаю о ферганских событиях и ещё раз вспомню своего студенческого друга. К тому времени, я уже давно буду проживать в Питере, погрязнув в рутине семейных будней.
              В 1995 году неожиданный звонок из Воронежа, заставит меня немало поволноваться, когда на том конце провода я услышу до боли знакомый мне говор.
             - Это я - Шамиль! Ты помнишь меня?
             «Милый мой дуралей» - улыбнусь я про себя. Вслух же, поспешу заверить его:
             - Конечно же, помню, дорогой! Как твои дела? Как семья? Где вы живете?
             - Все хорошо: нам здесь дали землю и мы потихоньку налаживаем жизнь. Приезжай к нам! Я так хочу тебя увидеть и показать свою семью!
             - Обязательно постараюсь! - заверю я его, хотя знал, что вряд ли в ближайшее время такая поездка возможна.
                  Какая-то непонятная, щемящая душу, тоска сдавит мне грудь, и я с ужасом для себя вдруг почувствоваю, что испытываю вполне определенный стыд... перед ним, перед его дедушкой, перед родителями, перед всем его народом. Словно, в произошедших недавно событиях, заставивших несчастный народ вновь покинуть насиженные и обжитые места, была непосредственная моя вина. Ведь, это с территории моей родины прогоняли их.
             А он вновь совершенно искренне звал меня к себе в гости. И был рад мне, как тогда, когда впервые приехал поступать в институт.
            «Боже мой! - подумаю я, опуская телефонную трубку. - Двадцать лет прошло. Двадцать лет! Подумать страшно. А ведь, было, вроде совсем недавно, совсем вчера»...
            - Совсем чара... - грустно произнесу я вслух.



ТУРЕЦКИЕ  ХИНКАЛИ


     Если вам когда-либо в жизни доводилось лепить домашние пельмени, тогда - я уверен - легко справитесь и с этой задачей. Прежде всего следует замесить крутое тесто и дать ему выстояться. Тут я вынужден признаться своему читателю, что никакой «бодяги» с тестом я не разводил: сегодня на работе, мне пришлось делать манты, и я «отодрал» оттуда три шарика теста для хинкалей. То есть, выражаясь языком советской эпохи, «кража социалистической собственности и использование не по назначению выделенных государсвенных средств». И мне сразу сделалось весело: «вот бы, так тырили наши олигархи...»


Тесто:
Мука в/с - 500 г
Вода - 160 мл
Соль  -  7 г

Начинка:
Лук репчатый - 150 г
Баранина - 350 г
Бульoн (вода) - 150 г
Зелень - 20 г
Специи (соль, перец и т.д.)- по вкусу
Кисломолочный соус


      В отдельную миску следует мелко нарубить (от руки!) баранину, лук репчатый. Добавить порубленную зелень, специи, бульон (обязательно!) и хорошенько вымесить фарш. Не забыть, добавить специй. Здесь тоже, ходит немало кривотолков в среде специалистов: одни орут, что хинкали без чеснока, это - не хинкали, другие - наоборот - «только сумасшедший может догадаться в такое восхитительное блюдо положить чеснок», и так далее. То же самое, и в отношении зелени. Что тут можно сказать? А вот что: сыпьте туда всё, что пожелаете, начиная от алебастра и извёстки, и заканчивая цементом... И никого не слушайте. Главное - чтобы вы потом сами смогли съесть то, что у вас получилось.






      Существует два варианта того, КАК раскатывать тесто на хинкали.


Вариант   №1

       Из большого "колобка" теста раскатать с помощью длинной скалки сочень, толщиной в 2-3 мм, вырезать круглой формой заготовки диаметром 7 – 8 см. Раскатать каждую заготовку короткой скалкой, чтобы диаметр составлял примерно 13 – 15 мл. Разложить в центр каждой из них фарш и фигурно собрать края теста к центру. Образовавшиеся полуфабрикаты отварить в кипящей, чуть подсоленной, воде приблизительно 10 минут. То есть, как только полуфабрикаты всплывут на поверхность, выждать ещё 4-5 минут и - можно их изымать шумовкой на блюдо.


Вариант №2

       От большого "колобка", отщипнуть немного теста (35 - 40 г), скатать его в шарик и дать ему немного выстояться под салфеткой. Затем, каждый шарик раскатывать по отдельности. Причем, края должны быть раскатаны значительно тоньше, чем середина. Остается положить в середину фарш и можно приступать к сборке "юбочки".
       Тут, существует огромное расхождение во мнениях, относительно самой лепки и защипки: одни, полагают, что классическое число оборочек - 24, другие, заслышав подобный «бред», станут крутить пальцем у виска и, дико вращая своими жгучими глазами, начнут подводить научную базу, объясняя - почему этих складок должно быть именно 32! Одним словом, Джонатан Свифт, со своими «остроконечниками» и «тупоконечниками», можно сказать, отдыхает...
       В России, к этому блюду можно подать любой соус, ибо, как я успел заметить, наши товарисчи, склонны к любой вещи, обязательно добавить кетчуп, майонез, сметану, горчицу и хрен. Причем - довольно часто - всё вместе и одновременно. Я же, возвращаясь к тому времени, когда довелось гостить у своего друга, помню, что к этому блюду, нам услужливо был подан хозяйкой дома, лишь кисломолочный соус, в специальных касах. И - всё!.
       А ещё запомнилось, что наутро, холодные хинкали тоже показались мне вкусными. Правда, не настолько обалденными, какими они были «чара»...
Tags: Кулинария от Галиба
Subscribe

  • Арам шум-шум

    Международный пионерский лагерь « Артек» . Фото из интернета. С этой новой игрой нас познакомила Таня, недавно возвратившаяся из…

  • Итальянские зарисовки... (4)

    ТРИППА, ПАНИНО И ЛАМПРЕДОТТО Не пугайтесь - это не венерическая болезнь, а изысканное кулинарное блюдо из обыкновенной требухи. Триппа…

  • Итальянские зарисовки... (3)

    Santissima Annunziata (итал.) - это довольно распространённый в Италии эпитет Богоматери, связывающий её с Благовещением. НА ДОРОГУ К БОГУ...…

promo golibus march 15, 2013 19:36 21
Buy for 20 tokens
Ecce Homo (Се, Человек!). худ. Антонио Чизери Сколько б я ни ленился и ни откладывал на "потом", изъясниться, все же, придется. Речь пойдет о стереотипах в сознании среднего обывателя, применительно к религии, Богу и о некоей "исключительности" отдельных народов.…
Comments for this post were disabled by the author