Голиб Саидов (golibus) wrote,
Голиб Саидов
golibus

Прогулки вокруг дома (5а)





Глава 5 Там, где топи да болота...


   Следует отметить, что в первые годы основания Петербурга, граница города проходила по реке Мойке. В 1710-х годах на левом берегу Невы, проложили «Большую першпективную дорогу» ныне — Невский проспект. В месте пересечения магистрали с Мойкой в 1720 году был построен деревянный подъёмный мост (Зелёный мост), здесь собирались проездные подати.  

          На территории же, так называемой Коломны (участок, от Вознесенского проспекта до набережной реки Пряжки с одной стороны, и - между Фонтанкой и рекой Мойкой - с другой), тут располагались леса, болота и непроходимые топи.
   Рассказывали, что первыми жителями и строителями этой части Петербурга были «работные люди», переведенные сюда из подмосковного села Коломенского. Будто бы они и назвали свою слободу Коломной. Другая версия - что это мол иностранцы, селившиеся в первые годы Петербурга, как правило, обособленно, по национальному признаку, образовывали так называемые колонии. Постепенно иностранное слово «колония» превратилось в русскую Коломну. Третьи пересказывали предание о том, как архитектор Доменико Трезини, прорубая в болотистом лесу просеки для будущих улиц, называл их колоннами (columna), а уж местные жители превратили «колонны» в «коломны».
  Ко всем этим легендам можно добавить еще одну. Как известно, верстовые столбы в Петербурге начинались не от главного почтамта, а от границы города. Такой столб в начале XVIII века стоял на берегу Мойки, бывшей в то время границей Петербурга. Столб был деревянным, и Доменико Трезини, проезжая каждый день на строительные работы, называл его по-итальянски Columna (межа, граница). За этой деревянной колонной начинался огромный болотистый район, планировкой и застройкой которого он занимался. Так в разговорах Трезини и называл этот район: «За колонной». Будто бы от этого его «За колонной» и повелось название Коломны.
  Вознесенский проспект — один из двух проспектов, входящих в «перспективу» Санкт-Петербурга, наряду с Невским проспектом. Вместе с Гороховой улицей, они образуют три луча, которые планировались П.М.Еропкиным как основной ансамбль для застройки города на левом берегу Невы после пожаров 1736—1737 годов. Все три улицы проектировались «Комиссией о Санкт-Петербургском строении», созданной в 1737 году по указу властей. Данный проспект начинается от Адмиралтейского проспекта, оканчивается у реки Фонтанки.
 Как и положено, в советское время (а именно - в 1923 году) он был переименован в проспект Майорова. Хто такой этот Майоров? Откуда он пришёл? Вы знаете? Я - тоже. Ну что ж, давайте вместе попытаемся узнать.
         Оказывается Петр Васильевич Майоров (1889-1919) был политруком 4 армии. Он был сыном безземельного крестьянина из Тверской губернии. В Петербург приехал пятнадцатилетним подростком, устроился работать на завод. Вел большую организационную работу в тверском землячестве, стал делегатом второго Всероссийского крестьянского съезда, избран членом ВЦИК. Осенью 1918 г. он попросился на Восточный фронт, где и погиб во время эсеровского мятежа. 4 октября 1991 года  Вознесенскому проспекту было возвращено своё прежнее название.





      Кстати, название своё проспект получил от находящейся (на пересечении с каналом Грибоедова) церкви Вознесения Господня, построенной в 1769 году. К сожалению, она не сохранилась: как и положено, с приходом Советской власти, её снесли в 1930 году, а вместо неё построили среднюю школу. Да-а... Если вчера, наши предки с упоением и восторгом сносили к чертовой матери золотые луковки куполов, то сегодня - когда маятник истории качнулся в обратную сторону - их дети "восстанавливают справедливость", с не меньшим азартом сокращая школы и возводя многочисленные храмы, церкви и часовенки. Видать, нам на роду написано: впадать из одной крайности в другую.
Остаётся робкая надежда, что хотя бы эту школу №256 не снесут. Тем более, что ваш покорный слуга имеет к ней непосредственное отношение:  вот уже как два года, как я веду тут свои шахматные занятия для учащихся начальных классов. Прежде чем, мы двинемся дальше, предлагаю немного расслабиться и послушать, что говорят и об чём мечтают сегодняшние школьники...


СЭНСЕЙ

   Моя очередная должность - тренер шахматного кружка в одной из школ северной столицы. Основной контингент - дети начальных классов. На одном из первых занятий, раздаю ученикам шахматы, попутно выясняя - все ли знают правила игры.
   - Да, да! - наперебой кричат дети, выхватывая из рук доски с фигурами. Через минуту в помещении стоит дикий шум, гвалт, крики... Я с трудом пытаюсь навести порядок:
   - Успокойтесь же, наконец!
   - А как Вас зовут? - выкрикивает неожиданно одна из воспитанниц.
  На какие-то доли секунд, гул заметно стихает и все заинтересованно повернули свои головы  в мою сторону.
   - Дети - расплываюсь я в широкой улыбке - меня зовут Голиб Бахшиллаевич.
  Наступает многозначительная пауза.
  И вдруг, среди этой мертвой тишины, вверх взмывается рука одного из учеников:
   - Учитель, учитель! Смотрите: как он ходит! Это ведь не по правилам?!


ЗЕМЛЯЧКИ

  На одном из занятий, третьеклассница протягивает мне заполненное родителями заявление.
  - Вот, как и обещала! - кокетливо строя глазки, она игриво трясёт передо мною листочком.
  "Маматкарикома Гуля" - скольжу глазами по заявлению, отмечая про себя - "Да-а... бойкая девчушка: далеко пойдёт". То есть, по всему видно, что девочка активная, шустрая... за словом в карман не полезет. Короче, типичный лидер.
  Раздав детям шахматы, прохаживаюсь между столами, проверяя - правильно ли расставлены фигуры на доске. Наконец, подхожу к столику, за которым играет Гуля с подругой и осторожно интересуюсь у ней:
  - Гуля, а откуда родом родители?
  Девочка по-актёрски опускает глазки и как-то по-хитрому улыбаясь:
  - Э-э... этого я не могу Вам сказать...
  Несколько смутившись, я уже собираюсь было перейти к соседней паре, как она вдруг хватает меня за рукав:
  - Можно, я на ухо скажу?
  И притянув к себе, шепчет:
  - Из Узбекистана.
  - О, землячка! А откуда? - невольно выскакивает из меня.
  - Мы с ней из одного города! - встревает в разговор её подружка Севинч. И тут же задаёт мне встречный вопрос:
  -  Вот Вы - из какого города?
  - Из Бухары... - расплываюсь в улыбке. - А ты?
  - Тоже, из Узбекистана.
  - А город-то?
      На что они обе, удивлённо уставившись на меня:
  - Мы же Вам говорим: из Узбекистана!
  - А-а... - понимающе протягиваю я.
 Подружки же, заговорщически переглянувшись между собой, не сдерживаются и откровенно хихикают над моей географической безграмотностью.


ИЗ ПОДСЛУШАННОГО ДИАЛОГА

 Мальчик с девочкой жарко обсуждают.
 - Я бы хотел быть спинозавром: он всех ест и никого не боится.
 - А я мечтаю о том, чтобы превратиться в птичку.
 - Зачем?
 - Ну, летаешь... всё вокруг красиво.
 - Не-е... птицей я бы не хотел: ещё залетишь высоко и... бац! - тебя самолёт собьёт!
Девочка (поразмышляв с полсекунды):
 - Ну, тогда я тоже, уже не хочу быть птичкой...




        Двинемся далее, по Вознесенскому проспекту. Слева, пока ничего примечательного нет (тянется высокая каменная ограда "Мариинки"),  если не считать того факта, что где-то тут, за забором, в школе гвардейских прапорщиков, учился молодой талантливый русский классик, автор стихотворения "На смерть поэта". В первых числах ноября 1832 года по школе был дан приказ: "Зачислить в школу кандидатом и числить на лицо ...недоросля из дворян Михаила Лермонтова". Кто ж мог тогда помыслить, что всего 5 лет спустя, он прославится и станет не менее известнее своего великого предшественника.
  Справа, один из многочисленных доходных домов (Вознесенский пр., д.№5), настолько перестроенный в середине 50-х гг. прошлого века зодчим В.А.Матвеевым, что от прежнего Николая Леонтьевича Бенуа (1895 г) ну совсем ничего не осталось - чистейшей воды "сталинский ампир" или "сталинский неоклассицизм".




Городская канализация на пр.Майорова. Фото 1920-1930.


  В разные годы в этом доме располагались:
1932-1940:  Артель «Музпром»   - пр. Майорова, 5    («Весь Ленинград  - 1932". С. 370; Весь Ленинград  - 1940". С. 192)
1950:  Артель «Музпром»    - пр. Майорова, 5   («Трамвай, троллейбус, автобус, таксомоторы», Ленгорсправка – 1950, с. 226)
1965:  Курсы повышения квалификации руководящих работников и ИТР Ленгорисполкома -   пр. Майорова, 5    ([108]. С. 93.)
1988:  Курсы повышения квалификации руководящих работников и специалистов Исполкома Ленгорсовета
- пр. Майорова, 5   ([125, 213]. C. 214)



Доходный дом Дюваля




    Совершив небольшой полукруг, мы с вами вновь подошли к переулку Пирогова, только с обратной стороны, а именно - со стороны Вознесенского проспекта. Здесь, на углу, расположен доходный дом Я.Ф.Дюваля, построенный в 1861 году архитектором Ю.О.Дютелем.
          Юлий Осипович Дютель родился в немецкой купеческой семье в 1824 году в Санкт-Петербурге. С 1840 года стал посещать Императорскую Академию художеств как вольнослушатель. В 1850 получил звание художника и отправился продолжать своё образование в Европе, 5 лет работая в Испании над созданием художественных копий дворцов Альгамбры. Вернувшись в Санкт-Петербург, работал при железной дороге Санкт-Петербург — Варшава.
          В 1857 году за проект кладбища воинов, павших под Севастополем, Юлию Осиповичу присвоено звание академика архитектуры. С 1881 по 1905 год Дютель работал на Урале, сначала в Ирбите, а с 1889 года — в Екатеринбурге. В 1890 году занял должность городского архитектора, став единственным в дореволюционной истории Екатеринбурга академиком архитектуры на этом посту.




Дом Струговщикова - Лечебница Св. Лазаря - Максимилиановская больница

Вознесенский пр., 9-11
Декабристов ул., 1-3
Пирогова пер., 2
Архитекторы: Пель А. Х.
Пель А. Ф.
Год постройки: 1855-1859, 1908-1913
Стиль: Эклектика

Напротив упомянутого ранее дома находится Максимилиановская больница (Вознесенский пр., д. №9-11/ Пирогова пер., д. №2).
Лечебница св. Лазаря  для приходящих больных была основана в 1850 г. как первое в России учреждение поликлинического типа с круглосуточным приемом. Проект заведения был разработан врачом Ф. Ф. ван дер Фляасом, который руководил лечебницей в 1850-1859 гг.  Попечителем был герцог Максимилиан Лейхтенбергский.
В 1852 г.  герцог Лейхтенбергский скончался, и  в память основателя и попечителя лечебница была переименована в Максимилиановскую. Заведение взяла под свой патронат великая княгиня Елена Павловна. Здесь она  учредила на собственные средства при участии Н.И. Пирогова (вот в честь кого переулок вновь был переименован!), Н.Ф. Арендта, Н.Ф. Здекауера отделение для бесплатного лечения раненых офицеров. В лечебнице проводил приём С.П. Боткин и др. видные врачи "отчасти бесплатно, а отчасти за самую умеренную плату", имелись так называемые "экстренные кровати", предназначенные для больных после операций, бесплатно отпускались лекарства бедным.
Адресная книга 1809 года (№ 123) показывает владелицей участка на углу Вознесенского и Офицерской (соответствует современному участку 11/1) генерал-лейтенантшу Ланскую, участком, соответствовавшим современным участкам Вознесенский, 9 - пер. Пирогова, 2, в том числе правая часть - ул. Декабристов, 3 - статскую советницу Струговщикову.
     После Октября 1917 г. больница реорганизовывалась и меняла названия. Во время ВОВ работала как госпиталь медсанслужбы МПВО, затем как районная больница. В 1971-1991 гг.  называлась больница им. С. М. Нахимсона.
      Между прочим, тоже - ещё тот "хфрукт".  Я тут не поленился и поинтересовался: кто-же такой, этот самый Нахимсон? И выяснил:
     Участник революционного движения в России С.М. Нахимсон (по некоторым данным, настоящая фамилия - Нахамкес) родился 13 (25) ноября 1885 года в Либаве (ныне Лиепая, Латвия) в многодетной еврейской семье. Там же, в Либаве, он получил среднее образование. В сентябре 1917 года С.М. Нахимсон становится комиссаром латышских стрелков. После Октябрьской Революции, на 2-м Всероссийском съезде Советов Нахимсон избран членом ВЦИК. В ноябре 1917 года он становится председателем Исполкома Совета солдатских депутатов и комиссаром 12-й армии. В начале 1918 года он назначается военкомом Ярославского военного округа. На этом посту в марте-апреле 1918 года в жизни С.М. Нахимсона произошел неприятный эпизод. 4 апреля в рыбинской печати даже появилось извещение Исполнительного комитета Советов солдатских депутатов 12-й армии "всем революционным гражданам города Рыбинска" о том, что "состоящий ныне в Исполкоме Рыбинского Совдепа Рыбинска и уезда С.М. Нахимсон постановлением общего собрания от 22 марта устранен от всех занимаемых им ответственных должностей". Заявление С.Нахимсона в "Известиях" от 2 апреля, что он сам добровольно слагает свои полномочия, было названо "неверным и запоздалым".
      Только 10 апреля проясняется одна из подоплек конфликта в 12-й армии. Рыбинская газета "Известия Совета" помещает заметку под названием "Дело тов. С.М. Нахимсона": Следственная комиссия при Рыбинском революционном трибунале рассмотрев дело по обвинению С.М. Нахимсона в присвоении денег в размере 10 тыс. рублей из армейских сумм и исходя из документальных данных всего следственного материала и доводов членов Исполкома солдатских депутатов 12-й армии, зафиксированных в многочисленных протоколах фракционных и общих заседаний последнего, которыми не устанавливается факт не только какого бы то ни было преступления, но даже и намерения к оному, - следственная комиссия при Рыбинском революционном трибунале находит невозможным какое бы то ни было построение обвинительного акта по сему делу, но останется недочет 10 тыс. рублей, полученных из Народного Комиссариата по военных делам, ввиду чего следственная комиссия при Рыбинском революционном трибунале постановляет: Дело прекратить и всецело реабилитировать незапятнанную революционную честь товарища С.М. Нахимсона от каких бы то ни было злостных клеветнических нападков, что является конечным результатом процесса - следствия по этому делу, и обязать т. С.М. Нахимсона, как председателя Исполкома Совета солдатских депутатов 12-й армии и юридически ответственного за все получаемые суммы, озаботится в двухнедельный срок (конец срока - 24 апреля с.г.) внести названную сумму денег в кассу трибунала.
     А 18 мая в местной газете появляется статья, призванная подвести черту под "делом Нахимсона". Она так и называлась "Финал "дела" С.М. Нахимсона". Статья была подписана "бывшим товарищем Председателя Исполкома солдатских депутатов 12-й армии B.C. Денисенко". Нашумевшая история оказалась только на руку Нахимсону - в начале июля 1918 года он был назначен председателем Ярославского губисполкома.
     6 июля 1918 года, белогвардейцами было арестовано около 200 человек, в основном партийных и советских работников, в том числе - председатель исполкома городского совета С.М. Нахимсон и комиссар Ярославского военного округа Д.С. Закгейм. Несколько десятков человек были заключены в стоящую посреди Волги баржу. В этот же день, 6 июля 1918 года, Нахимсон и Закгейм были расстреляны мятежниками. Достоверно известно, что восставшими были убиты только двое - Нахимсон и Закгейм.
      В 1992 г. возвращено историческое название. В настоящее время (2017 г) весь этот комплекс зданий  официально числится как "Максимилиановская" больница городская N28 Адмиралтейского района.
Tags: Репортаж
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments