Голиб Саидов (golibus) wrote,
Голиб Саидов
golibus

Отпуск (5)





       Как вы уже, вероятно, успели убедиться, писАть о Востоке в общем и о Средней Азии в частности, вещь довольно затруднительная и не благодарная: это всё равно как, говорить о халве, не испробовав её на язык. А потому, позвольте мне не распространяться и не заниматься рекламой того, что в этом абсолютно не нуждается, а лучше продолжить своё повествование в хронологическом порядке.
   

          Полагаю, правда жизни от этого не пострадает. Ну, а что касаемо литературных достоинств, то - говоря как на духу - я к этому всегда старался относиться с пониманием: в том смысле, что "достоевских" и "толстых" много быть не должно. Главное - ничего не выдумывай и пиши так, как есть. И - получится интересно. Потому что - правда, она всегда привлекательна своей естественностью, а от лжи несёт наносным лоском и отталкивающей слащавостью. Да простит мне это отступление мой читатель.




   Прошло три дня, когда я наконец получил свой паспорт и возможность, свободно передвигаться по стране. Мы со старшим братом приобрели билеты на поезд в Ташкент и... двинулись в парикмахерскую.
   - Сколько у вас там, в Питере, стоит постричься? - невинно осведомился у меня брат?
   - Ну, в среднем, долларов 7 - 8 - ответил я, вспомнив свою последнюю стрижку.
   - А у нас за один доллар превратят тебя в огурчика!
   Я вначале не поверил, но потом пришлось убедиться в этом воочию. Причем, всё также, как и в прошлом: та же самая убогая парикмахерская, со скромным оформлением и небогатым выбором косметических средств. Всё, как в добрые советские времена. Правда, вместо  евреев (которые давным-давно уехали заграницу), всем заправляют уже местные узбеки и таджики. Что тоже неплохо, но... как говорит герой А.Райкина: "...чего-то не хватает". Однако - этого сегодняшнему поколению не понять, да и не надо: пусть они живут своей жизнью, а мы - своей.





    Да, я вам совсем забыл объяснить, что такое "Канечка" (именно так: не через "о", а через "а"), известное любому бухарцу, родившемуся в  50-90 гг прошлого века. В советские времена, когда город стал бурными темпами расстраиваться серыми бетонными пятиэтажками, этот микрорайон был знаменит своим хлопчато-бумажным комбинатом (ХБК). Совсем недалеко от него, на небольшом "пятачке" была конечная остановка всех маршрутных автобусов и прочего городского транспорта: здесь заканчивался город и, следовательно, тут разворачивался весь транспорт в обратную сторону. С тех пор, за этим районом, вокруг которого образовался рынок и прочие магазины, закрепился в народном сознании термин "Канечка". На лобовом стекле маршрутного автобуса можно прочитать: "Канечка - Старый город", "Канечка - Колхоз-бозор" или "Канечка - Пожарка" ("пожарное депо")...
     Таким образом, едва мы с братом вышли из "салона", как оказались на окраине базарчика, который (уже в наши дни) разросся до размеров приличного рынка. Тут мой глаз, посреди пёстрого многообразия,  разглядел продавщицу с огромным тазом и я, не удержавшись, воскликнул:
     - Маи! - то есть "Рыба"!
     - Ты собираешься есть эту холодную жареную рыбу? - с удивлением осведомился Ганижан. - Дома ведь нас ждёт горячий обед?
     Но как объяснить брату, что я так соскучился по настоящей жареной рыбе?
     Это особое мероприятие, про которое бухарцы говорят: "Бед, маи мехурем" ("Пойдёмте, отведаем рыбки"). Расположившись на тапчане, в тени густых крон шелковицы, местные гурманы берут по чайнику горячего зеленого чаю и, пока они, в предвкушении застолья, ведут неспешную беседу, совсем рядом, прямо у них на глазах, "усто" опускает в огромный казан с кипящим хлопковым маслом, нежные филейные куски судачков, запанированных в чуть подсоленной муке.


Филе судака


    В первое мгновение они утопают в океане раскаленного масла с тем, чтобы буквально через несколько секунд всплыть слегка румяными на поверхность. Еще пару минут, и повар извлекает шумовкой пышущие жаром наинежнейшие куски и сразу же опускает на пару секунд в ёмкость с водой, где обильно измельчен чеснок. Тут же вынимает и укладывает на широкое плоское блюдо "табак". После чего, отдаёт официанту, который спешно несёт не успевшую остыть рыбу, клиентам. Остаётся лишь, разломать свежую лепёшку руками и отправить долгожданный лакомый кусочек прямо в рот, не боясь при этом, подавиться костями. Потому что их там просто нет!


Филе сазана


   На рынке, конечно-же, это уже совсем не то, но - тоже приемлемо, как вариант. Тем более, что тут уже существует разнообразие: хотите - судачка (за 30000 сўм - 220 руб. за 1 кг), хотите - жареного сазана (за 15000), а хотите - и вовсе за 10000 сўм, но там уже придётся помучится с костями. К тому же, на рынке вам редко предложат "с пылу, с жару", зато и цены тут на порядок ниже, чем в специальной сервисной чайхане.
   Я взял с полкило филе судака и (для пробы) полкило жаренного сазана. Сказать по-правде, судак мне понравился больше, так как в сазане пришлось немного покопаться, извлекая мелкие косточки. Но - вкусно!





     А вечером, перед отправкой в Ташкент, мы ещё раз плотно подкрепились за ужином. На сей раз, племянница приготовила нам ускоренный вариант "бухарского кабоба", с обжаренными во фритюре кусочками картофеля.
     И вообще: должен заметить, что бороться с местными традициями и в частности с засильем чрезмерной еды, абсолютно бесполезно. Вы будете активно сопротивляться и протестовать день, два... но - в конечном счете - вам придётся сдаться и... привыкнуть. Странно: казалось бы, у нас - у проживающих в России - и зарплаты несоизмеримо больше, и достаток выше, но почему-то, встретить и принять гостя так, как это делают на Востоке, не получается. Во всяком случае, я говорю про себя. Нонсенс? Парадокс?



      Скоростной поезд "Афросияб" доставит вас из Бухары в столицу Узбекистана всего за 4 часа.
    Надо ли говорить о том, что нас встречала приличная толпа родственников, которые уже на перроне затеяли жаркий спор, за право - первыми принять дорогих гостей. В ходе сложных и продолжительных переговоров был достигнут консенсус: первый день мы гостим у младшей сестры, а во второй - у старшей.
    Тут я вынужден сделать небольшое отступление, дабы кое в чём признаться.
    Так уж вышло, что с Ташкентом у меня сложились "особые" отношения. Ещё с самого раннего детства, когда пятилетний я, впервые приехав с отцом в столицу, умудрился измазать краской все огромные зеркала, расположенные в фойе гостиницы "Ташкент".
     А уже чуть позже, когда я стал постарше, мне неоднократно доводилось попадать в такие, мягко говоря, щекотливые ситуации, что дал себе слово, объезжать по-возможности столицу стороной.
     В первый раз это произошло в так называемые "лихие 90-е", когда всё постсоветское пространство захлестнула волна преступности и беззакония. Причём, было непонятно, кого бояться больше - ментов или бандитов.  Я ехал из Петербурга в отпуск домой, прямых рейсов тогда не было и мне пришлось сделать пересадку с самолёта на поезд. И тут я впервые встретился с откровенным вымогательством, когда в отделении милиции, куда я был сопровожден, мне  был задан вопрос:
     - Сколько долларов везёшь с собой?
     - Триста. - признался я.
     - Ты ведь хочешь попасть домой, правда? - осведомился служитель порядка.
     - Д-да... - стал заикаться я, предчувствуя недоброе.
     - Вот и хорошо. - улыбнулся командир - Отстёгиваешь 10 процентов и - вот этот сержант лично проводит тебя в вагон и проследит, чтобы ты в безопасности доехал до дому.
      В тот раз мне удалось сторговаться и отделаться всего "двадцаткой".
      Через пару лет мне вновь довелось очутиться на том же самом Северном вокзале.
      - Стой! - услышал я окрик за спиной и обернувшись, обреченно уставился на своего извечного гонителя, который потребовал у меня предъявить паспорт.
      Молодой сержант взял мои документы в руки и, узрев среди прочего российский паспорт, радостно обернулся в сторону своего командира:
      - Ӯрток капитан, ана яна битта Россиядан келди! ("Товарищ капитан, вот ещё один из России приехал!")
       На этот раз, помимо ментов, ко мне стала приставать всякая привокзальная шушера, мошенники и прочие уголовные элементы, угрожая  и даже собираясь сесть в мой рейсовый автобус. Пришлось вновь обратиться к "знакомому" капитану, чтобы тот лично отогнал "собратьев по бизнесу" и посадил меня в автобус. Сколько я оставил "зелёненьких" за "помощь" в тот раз, откровенно говоря я уже не помню. Помню лишь одно: с тех пор во мне поселился страх перед Ташкентом. И продержался довольно долго. Домашние мои, даже взяли за привычку, посмеиваться надо мной и всякий раз обыгрывать эту тему.
      Вот и на этот раз, уже сидя в поезде, брат толкнёт меня в бок и невинно осведомится:
      - Ну чё - в Ташкент, значит, едем? - и в следующую секунду, зафиксировав моё растерянную физиономию - Ха-ха-ха!
      С тех пор прошло уже много лет и мой страх постепенно отошел в прошлое, заставив взглянуть на столицу совершенно иными глазами. Да, я знал, видел и помню настоящих ташкентцев до землетрясения 1966 года. Это был совершенно другой город. О том Ташкенте превосходно написано Д.Рубиной в её замечательной книге "На солнечной стороне улицы".




      И сегодняшний Ташкент - тоже, сильно изменился. Но, в в нём по-прежнему можно встретить ташкентцев. Я имею в виду настоящих коренных жителей, которых всегда можно  было отличить по их сдержанному характеру, по невероятной чистоплотности, по знанию истории и уважительному отношению к окружающим, наконец, по-скромности. Они приветливы, доброжелательны и молодежь воспитана таким образом, что  всегда здоровается со старшими, даже если это незнакомец.




        Да, точно так же, как в сегодняшней Одессе вы непросто отыщите настоящего одессита, как в Петербурге, уже вряд-ли уже найдёте тех питерцев, с которыми привычно ассоциируются у нас с вами культурная столица, как в Бухаре вам с трудом удасться отыскать с десятка три-четыре истинно бухарских семей, точно также, отнюдь нелегко в Ташкенте встретить настоящих её жителей.
         Сегодняшний Ташкент, несмотря на грандиозное строительство, обновления и прочее - это огромный восточный котел, конгломерат народов и культур, которые населяют эту многонациональную страну. И естественно, как и в Москве, в здешней столице тоже хватает своих так называемых "гастарбайтеров" и приезжих со всех регионов немаленькой Республики. И коренным жителям столицы с трудом удается привить им те традиционные нормы морали и ту культуру, что всегда отличало истинных ташкентцев от остальных. Будем надеяться, что это им в конце-концов удастся.





      - Гуленька, дорогая, только ради Аллаха - ничего не надо: мы сыты и хотели бы просто пообщаться! - взмолился я, едва мы перешагнули порог их квартиры и расположились на кухне.
    - А я ничего и не готовила. - состроила невинные глазки сестричка и заверила - Только попьём чайку и - больше ни-че-го!
    Одним словом, мы не успели заметить, как "легкий" завтрак плавно перешел в обед, а затем и в ужин. Описывать восточное гостеприимство и застолье - бессильная задача: всё равно не хватит слов и обязательно что-нибудь упустишь - это надо видеть своими глазами и слышать собственными ушами.





    Ну скажите мне честно: разве можно удержаться от такой ароматной наваристой шурпы, от которой пахнет родным домом и детством? Самое удивительное заключается в том, что я покупаю все те же самые продукты (ну, почти!), а достичь такого результата не получается. Мистика!





     Или, к примеру, взять хотя бы вот эту тарелку с горохом нут ("нахёт-и ляльми"), говядиной и украшенной серебром сырого репчатого лука. Мне кажется, что тут от стопочки холодненькой не удержится даже самый отъявленный трезвенник и язвенник. Ну, честное слово, нельзя такое "безобразие" вкушать без русской водки! Впрочем, узбекская мне показалась значительно мягче. Или - что вполне вероятно - для такого случая был приобретен отнюдь не дешевый вариант этого распространенного 40-градусного зелья.




    А на следующее утро, прежде чем отправиться в гости к старшей сестре, шурин предложил нам небольшую экскурсию по Ташкенту.
    - Проедемся по городу, проветримся и - к сестре! - прямо так и сказал.
    Кто ж мог предполагать, что за 33 года проживания в России, я настолько стану доверчивым и ручным, что даже не уловлю в этих словах никакого подвоха? Нет, поначалу мы и в самом деле, с ветерком прокатились по центру Ташкента, зацепив глазом все основные достопримечательности: и сквер Амира Тимура, и Площадь Независимости, и ташкентскую телебашню, и новый стадион...
    - А сейчас я предлагаю посетить один "старых" районов Ташкента - район Лабзак! - подмигнёт мне загадочно муж моей сестры.
    Так мы очутимся в кафе "Аист", на берегу одной из быстрых речушек и рек, которыми буквально испещрена узбекская столица. Следует обратить внимание на то, что Ташкент расположен в долине реки Чирчик и - следовательно - подпитывается этой рекой и многочисленными каналами, большинство из которых имеет искусственное происхождение.


 

 Мы оказались одними из самых первых гостей этого заведения. Как правило, основная жизнь здесь начинается во второй половине дня, когда ташкентцы после трудового рабочего дня позволяют себе расслабиться и отдохнуть.





      - Сейчас, прямо на твоих глазах поймают парочку средних сазанчиков и отправят их на кухню. - обратил ко мне шурин.
    - Можно, я их сфоткаю? - не удержался я и вскочив с места двинулся за двумя молодыми парнями, которые и в самом деле, на моих глазах извлекли сачком из небольшого бассейна парочку карпов и дали мне их зафиксировать на камеру.




      Возвратившись к столу, я уже обнаружил на нём "лодочку" сельди с обязательными "парусами" из красного лучка. В груди что-то нежно заклокотало, когда до моего слуха донёсся характерный звон хрустальных рюмочек, а на столе появилась запотевшая бутылочка "Рояля".





    А вскоре расторопная официантка донесла и остальные закуски: легкий мясной салатик с корнишонами, зеленью и репчатым луком, тарелочку с нарезанными дольками аппетитного лимона и конечно-же то, без чего не обходится ни один восточный стол - свежие овощи и лепешку.





   Нет-нет! Здесь я ничего не рекламирую и не пропагандирую. Я просто, констатирую факт. Ничего более...




  А ещё примерно через примерно 40 минут наш стол украсила рыба: одного из карпов зажарили до хрустящей корочки, а второй был приготовлен на гриле. И после этого вы хотите сказать, что я алкоголик?

(Продолжение следует...)
Tags: Репортаж
Subscribe
promo golibus march 15, 2013 19:36 21
Buy for 20 tokens
Ecce Homo (Се, Человек!). худ. Антонио Чизери Сколько б я ни ленился и ни откладывал на "потом", изъясниться, все же, придется. Речь пойдет о стереотипах в сознании среднего обывателя, применительно к религии, Богу и о некоей "исключительности" отдельных народов.…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments