Голиб Саидов (golibus) wrote,
Голиб Саидов
golibus

Categories:

Этот день в истории - Зиновий Гердт





      Зиновий Ефимович Гердт (настоящее имя — Залман Афроимович Храпинович). Родился 8 [21] сентября 1916 года в Себеже Витебской губернии (ныне - Псковская область) — умер 18 ноября 1996 года в Москве. Советский российский актёр театра и кино. Народный артист СССР (1990).

        Отец — Афроим Яковлевич Храпинович (ум. 1933), работал приказчиком в лавке тканей, потом устроился коммивояжёром, управлял бакалейной лавкой и был человеком набожным. Мать — Рахиль Исааковна (урождённая Секун, ум. 1949), домохозяйка.  В период НЭПа глава семьи скончался - мать осталась с четырьмя детьми на руках.
      Был самым младшим ребёнком в семье. Также у него были брат Борис и две сестры: Фира и Берта (впоследствии Евгения). Учился в еврейской школе в Себеже. В тринадцатилетнем возрасте опубликовал в детской газете на идише стихи о коллективизации.
      В 1932 году переехал к брату в Москву, где поступил в фабрично-заводское училище Московского электрозавода имени В. Куйбышева. Там начал играть в театре рабочей молодёжи (ТРАМ) электриков, организованного В. Плучеком. В 1934 году, окончив ФЗУ, пришёл работать на Метрострой электромонтажником, продолжая играть в театре. В 1935 году был переведён в профессиональный состав театра.
       Первоначально выступал под своей настоящей фамилией Храпинович, затем под артистическим псевдонимом Гердт - в конце 1930-х годов она стала его официальной фамилией. А имя и отчество - Зиновий Ефимович - появились уже после войны. По воспоминаниям дружившего с Гердтом И. Кузнецова, псевдоним был предложен А. Арбузовым по имени популярной в 1920-е годы балерины Е. Гердт.
       Во время Великой Отечественной войны молодой актер пришел в военкомат добровольно, хотя у него была бронь. Гердт уговорил военкома отправить его на фронт. Театр рабочей молодежи стал фронтовым театром, но Гердт не присоединился к старой труппе. Зиновий перестал быть актером на время войны, не участвовал в самодеятельности, не рассказывал о прошлом сценическом опыте даже приезжающим театральным бригадам. Первый год войны Зиновий служил в роте саперов, получил звание лейтенанта, затем командовал саперной ротой.
        12 февраля 1943 года был ранен в ногу под Белгородом - при разминировании минных полей противника для прохода советских танков осколком танкового снаряда. После одиннадцати операций, самые важные из которых выполняла ведущий хирург Боткинской больницы К. Винцентини (жена известного конструктора Сергея Королёва), актёру сохранили повреждённую ногу, которая с тех пор была на 8 сантиметров короче здоровой и вынуждала артиста сильно прихрамывать. Инвалид войны III группы.
        Во время лечения в военный госпиталь приехал Московский кукольный театр. Зиновию Гердту понравилось выступление театра. После войны, в 1945 году, Зиновий Ефимович приехал к руководителю театра Сергею Образцову. Актер пришел в театр еще на костылях. Гердт час декламировал стихи, в результате актера приняли в труппу. Так началась театральная биография Зиновия Ефимовича.
        К 1975 году театр посетил с гастролями 23 страны. «Необыкновенный концерт» был отыгран в 110 городах в СССР и в 109 за границей. Гердт исполнял роль Конферансье на родных языках иностранных зрителей, актер занимался с переводчиками и заучивал транслитерированный русскими буквами текст роли.
       Затем была работа в театрах «Современник», драмтеатре имени Ермолаевой и многое другое.
       На телевидении с 1962 по 1966 год, с перерывами на гастроли и съёмки, вёл передачу «Кинопанорама». Из-за сложностей с графиком ушёл из телепередачи, его преемником стал А. Каплер. В кинематограф вошёл как актёр дубляжа, долгое время оставаясь за кадром - когда в послевоенном СССР стали показывать зарубежного кино. Его голосом говорил Тото в «Полицейских и ворах», Витторио Де Сика в «Генерале делла Ровере», Ричард Харрис в «Кромвеле» и закадровый историк в «Фанфан-Тюльпане». Вскоре и сам Гердт начал сниматься в кино, для экрана его открыл Ролан Быков.
        Карьера Зиновия Гердта в кино должна была начаться с эпизодов в фильмах «Фокусник» и «Золотой теленок», но оба раза вмешивался случай. Режиссеры рассмотрели в актере огромный творческий потенциал. Фокусник Кукушкин и старик Паниковский предопределили творческую судьбу актера.
        Паниковского в «Золотом теленке» первоначально должен был сыграть Ролан Быков, но из-за того, что тот был занят, Гердта попросили подыграть на пробах, изобразить Паниковского. Зиновий Ефимович сыграл не свою роль так проникновенно, что даже «конкурент» Ролан Быков уговаривал Гердта повторить эту игру в фильме.
       Зиновий Гердт снялся в фильмах «Год как жизнь», «Город мастеров», «Семь нянек», «Печки-лавочки», «Вас вызывает Таймыр», «Розыгрыш», «Соловей», «Соломенная шляпка», «12 стульев», «Место встречи изменить нельзя», «Интердевочка».
       В 1959 году Гердт  был удостоен звания «Заслуженный артист РСФСР», через десять лет Гердт получил звание «Народный артист РСФСР», а в 1990 году стал Народным артистом СССР.
       В 1990-х годах Гердт был ведущим программы «Чай-клуб» на ТВ-6, участвовал в капитал-шоу «Поле чудес» с Владиславом Листьевым. 29 декабря 1994 году снялся в программе «Час Пик».
       Последний раз на телевидении Зиновий Гердт был замечен в программе «Чай-клуб» 21 октября 1996 года.


Личная жизнь
   
        С первой женой Марией Зиновий Ефимович познакомился еще в театральной студии. В 1945 году у пары родился сын Всеволод, но на этот момент супруги уже расстались. Слухи о дальнейшей личной жизни актера разнятся, Гердту приписывают множество гражданских жен, СМИ писали то о ужасных, то об образцовых отношениях актера с сыном. Всеволод почти не знал родного отца, но, как рассказывают коллеги актера, Зиновий Гердт распорядился всю свою зарплату в Театре Образцова перечислять сразу на имя сына.
        По слухам, следующие восемь лет актер был женат на Екатерине Семерджиевой.
        Второй известный брак Гердта случился, когда актеру уже исполнилось 44 года. В 1960-х Театр кукол Образцова гастролировал по Сирии, Египту, Ливану. Гердту представили Татьяну Правдину, переводчика с арабского языка. Татьяне предстояло переводить на арабский язык спектакль «Необыкновенный концерт». Так Зиновий познакомился с новой  женой, которая была моложе Гердта на 12 лет и поначалу принимала ухаживания хромого актера скептически.






        После гастролей между актером и переводчицей начался роман. В то время оба были несвободны, но решили оставить семьи. По словам Татьяны, она стала третьей официальной и пятой неофициальной женой актера. Супруги счастливо прожили 36 лет. Как говорит Татьяна Правдина, в Гердте всегда чувствовалось мужское начало - ни одна женщина не могла перед ним устоять. В доме никогда не было подозрений и ревности, зато всегда были гости, смех и доброжелательность.
       Зиновий Ефимович прожил восемьдесят лет, актер был тяжело болен в конце жизни - Гердта не слушались ни руки, ни ноги. Артист знал о  болезни, но жил, будто ничего этого нет, даже юмор и интеллигентность остались прежними.
       18 ноября 1996 года Зиновий Гердт скончался, могила актера находится на Кунцевском кладбище в Москве.
        В 1998 году в Киеве был открыт памятник персонажу артиста - Паниковскому. В 2006 году в городе Себеже установили памятник, приуроченный к 90-летию со дня рождения Гердта. В 2010 году издательство «АСТ» выпустило книгу «Рыцарь совести», написанную Зиновием Гердтом.


Байки

Зиновий Гердт про Марка Бернеса и Никиту Богословского

Это был пятьдесят седьмой год. Москва, фестиваль молодежи и студентов. Толпы иностранцев! Впервые! И приехали пять французских композиторов, сочинители всех песен Ив Монтана: Франсис Лемарк, Марк Эрраль, еще какие-то... Знаменитейшие фамилии! И к ним был приставлен Никита Богословский -- во-первых как вице- или президент общества СССР--Франция, а во-вторых, у него прекрасный французский. Ну вот. А я тогда играл в Эрмитаже Необыкновенный концерт, а по соседству выступал Утесов. И так как только от меня, конферансье, зависело, два часа будет идти наш концерт или час двадцать, то я быстренько его отыгрывал, чтобы успеть на второе действие к Леониду Осиповичу. Я его обожал. И вот я выбегаю, смотрю: стоит эта группа -- пятеро французов, Никита и Марк Бернес. Он к ним очень тянулся... И идет такая жизнь: Никита что-то острит, французы хохочут. Я ни слова не понимаю, Бернес тоже. И он все время дергает Богословского за рукав: Никита, что ты сказал? Тот морщится: погоди, Маркуша, ну что ты, ей-богу! Через минуту опять хохочут. Бернес снова: Никита, что он сказал? На третий раз Богословский не выдержал: "Марк, где тебя воспитывали? Мы же разговариваем! Невежливо это, неинтеллигентно..."
Потом он ушел добывать контрамарку - французам и себе, и мы остались семеро совсем без языка. Что говорит нормальный человек в такой ситуации? Марк сказал: "Азохн вэй..." Печально так, на выдохе. Тут Фрэнсис Лемарк говорит ему - на идиш: "Ты еврей?" Бернес на идиш же отвечает: "Конечно". "Я тоже еврей", - говорит Лемарк. И повернувшись к коллегам, добавляет: "И он еврей, и он еврей, и он..."
Все пятеро оказались чистыми "французами"! И все знают идиш! Марк замечательно знал идиш, я тоже что-то... И мы начали жить своей жизнью, и плевать нам на этот концерт Утесова!
Тут по закону жанра приходит - кто? - правильно, Богословский! Мы хохочем, совершенно не замечаем прихода Никиты... Он
послушал-послушал, как мы смеемся, и говорит: "Маркуша, что ты сказал?" А Бернес отвечает:"Подожди, Никита! Где тебя воспитывали, ей-богу? Мы же разговариваем!"
Это был единственный раз в моей жизни, когда мое происхождение послужило мне на пользу.


"Шутка" Никиты Богословского.

Однажды в квартире С. В. Михалкова раздается звонок .
- Здравствуйте , вас беспокоят из Президиума Верховного Совета СССР. К нам обратились рабочие судостроительного завода. Они изъявили желание назвать теплоход , который они должны спустить со стапелей, вашим именем . Михалков с чувством глубокого удовлетворения дает свое согласие. Через некоторое время из Президиума Верховного Совета звонят опять.
- Вы знаете , что -то у них с выпуском теплохода задерживается, они просят вашего согласия назвать вашим именем речной трамвай.
- Я не возражаю, - слегка разочарованно говорит великий писатель.
Проходит еще какое-то время . Опять звонок.
- Что-то там у них и с речным трамваем не получается . Они хотят вашим именем назвать баржу.
Михалков, уже совсем расстроенный:
- А что они хоть на этой барже возить будут?
- Говно...


Рассказывает Зиновий Гердт.

     Вы никогда не наблюдали за людьми, у которых начисто отсутствует чувство юмора? Я всегда испытывал к ним нездоровый интерес, более того - коллекционировал. Одним из выдающихся "экземпляров" моей коллекции была Сарра, администратор нашего Театра кукол. Милая, добрая, славная женщина, но шуток не понимала решительно. Все мы ее, конечно, разыгрывали, а я - больше других. Она, правда, не обижалась, а только обещала: "Зяма, тебе это боком выйдет!" И вышло. Как-то Театр кукол гастролировал в небольшом российском городке. Шло расселение артистов. Я быстро обустроился в своем номере, соскучился в одиночестве и отправился в фойе на поиски приключений. Спускаюсь по лестнице и вижу: стоит наша пышная Сарра, засунув голову в окошко администратора, и ведет напряженную беседу. Понимаю, что вопросы обсуждаются важности чрезвычайной: кого из актеров перевести с теневой стороны на солнечную и наоборот; кого переместить из двухместного номера в трехместный, а кому "по штату" полагаются отдельные хоромы...
      Вид сзади открывается просто роскошный. Идея у меня еще не созрела, но импульс уже появился - и я несусь по ступенькам вниз. А когда достигаю цели (Сарры), материализуется и идея. Я хватаю нашего администратора за самое выдающееся место, мну его все и при этом еще и трясу...Класс? Сарра в негодовании оборачивается и... оказывается не Саррой! Мог ли я вообразить, что есть на свете еще одна женщина с формами подобного масштаба?! Я лихорадочно соображаю, что идеальный выход из ситуации, в которой я оказался, - умереть на месте. И действительно, со мной начинает происходить нечто подобное: сердце замирает, кровь перестает течь по жилам; я с головы до ног покрываюсь липким холодным потом... Тут добрая незнакомка начинает меня реанимировать. Она хватает меня за шиворот, не давая грохнуться на пол; бьет по щекам ладонью и приговаривает: "Ну-ну, бывает, не умирайте. Ну, пусечка, живите, я вас прошу! С кем не случается - ошиблись жопой!-
     Я выжил... Оказалось, она - доктор химических наук, профессор; большая умница. Мы с ней продружили все две недели, на которые нас свела в этой гостинице моя проклятая страсть к розыгрышам...


Зиновий Гердт рассказывал такую историю

     Дело происходило в тридцатые годы, в пе­риод звездной славы Всеволода Мейерхольда. Великий гениальный режиссер, гениальность которого уже не нуждается ни в каких доказа­тельствах, и я, маленький человек, безвестный пока актер. В фойе театра однажды появилась дама. В роскошной шубе, высокого роста, настоящая русская красавица. А я, честно сказать, и в молодости был довольно низкоросл... А тут, представьте себе, влюбился. Она и еще раз пришла в театр, и еще, и наконец я решился с ней познакомиться. Раз и два подходил я к ней, но она — ноль внимания, фунт презрения...
     Я понял, что нужно чем-то ее поразить, а потому, встретив Мейерхольда, попросил его об одной штуке — чтобы он на виду у этой красавицы как-нибудь возвысил меня. Режиссер согласил­ся, и мы проделали такую вещь — я нарочно встал в фойе возле этой дамы, а Мейерхольд, проходя мимо нас, вдруг остановился и, бросившись ко мне, с мольбой в голосе воскликнул: «Голубчик мой! Ну что же вы не приходите на мои репетиции? Я без ваших советов решительно не могу работать! Что же вы меня, голубчик, губите?!.»
     «Ладно, ладно, — сказал я высокомерно. — Как-нибудь загляну...»
     И знаете, что самое смешное в этой истории? Эта корова совершенно никак не отреагировала на нашу великолепную игру, спокойно надела свою шубу и ушла из театра. Больше я ее не встречал.

ххх

     Однажды во время одной из встреч со зрителями, Зиновию Гердту задали вопрос: «Случались ли в его жизни творческие удачи?». Гердт немного подумал и рассказал следующую историю.
     Дело было в Киеве, тогда Гердт на летние гастроли вместе с Театром Образцова. Как–то раз, вечером, после очередного спектакля вся актерская братия решила прогуляться по Крещатику. Актеры шли шумной толпой, а сам Гердт потихоньку хромал позади толпы и курил. И вот, почти докурив сигарету, Гердт заметил, что до ближайшей мусорной урны целых 15 метров, до предыдущей урны было немногим меньше… Возвращаться Гердт не хотел, да и нести окурок в руке желания у него не было. Тогда актер взял и пренебрежительно кинул окурок через плечо…
      Спустя мгновение, Гердт с удивлением заметил, что ему удалось попасть окурком в урну, которая была у него за спиной. Однако радость быстро сменилась унынием, когда актер понял, что никто из его коллег не видел этого.
      И вот, когда на лице Гердта уже начала появляться мрачная, обиженная гримаса к нему подбежала молодая женщина и схватил его за руку восторженно закричала:
      –Это невероятно! Я видела!! Я видела, как вы закинули окурок через плечо!

ххх

      В 1950 году, во времена борьбы с космополитизмом, Зиновий Ефимович со своим братом Борисом возвращался с кладбища (была годовщина смерти мамы). На Садовом кольце они зашли в пивнушку («шалман», как определил ее Гердт) — согреться и помянуть.
      Перед ними в очереди стоял огромный детина. И когда очередь дошла до него, он вдруг развернулся в их сторону и громко сказал продавщице: «Нет уж! Сначала — им. Они же у нас везде первые!..»
      И Гердт, маленький человек, ударил детину в лицо. Это была не пощечина, а именно удар. Детина упал... Шалман загудел, упавший начал подниматься... Продавщица охнула: «За что?! Он ведь тебя даже жидом не назвал!..»
      И стало ясно, что сейчас будет самосуд... Когда все шло к самосуду, от стойки оторвался человек, которому Гердт едва доходил до подмышек. «Он подошел ко мне, загреб своими ручищами за лацканы моего пальтишка, — рассказывал Гердт, — и я понял, что это конец. Мужик приподнял меня, наклонился к самому моему лицу и внятно, на всю пивную, сказал: «И делай так каждый раз, сынок, когда кто-нибудь скажет тебе что про твою нацию».

ххх

Невыдуманные истории, которые Зиновий Гердт рассказывал в узком актерском кругу во время гастролей в Магнитогорске:

- Был у нас в образцовском театре зам. директора М. Отчаянный сионист.
Идем по Лос-Анджелесу, а он мне:
"Евреи!"
"Бог с тобой, Семен, какие это евреи? Шведы скорее".
"Говорю тебе - евреи! И вот евреи! И вот!"
Приходим в Диснейлэнд.
У входа индеец стоит в полном боевом облачении.
Семей:
"Еврей!"
"Опомнись, Семен, это же индеец! Зайдем в кафе, выпьем кофе..."
Заходим. Вместе с нами заходит индеец. Садится, снимает головной убор из орлиных перьев, устало проводит ладонью по длинным волосам и не говорит даже, а вздыхает: "Азохэн вэй!"


...Однажды сионисту Семену Марковичу на партсобрании в театре поручили рассказать об истоках арабо-израильского конфликта.
С. М. (уныло):
"Израильтяне нагло претендовали на чужую территорию.
Арабы были вынуждены защищаться.
Израильские агрессоры нарушили границу.
Арабы были вынуждены отразить нападение.
Сионистские захватчики пустили в ход артиллерию.
Арабы подавили ее.(Вдруг, неожиданно для себя, взвизгнув): И тогда наши сели за штурвалы "фантомов" и как врезали, как врезали!!!"
------------------------------
Источники:
Tags: Мои кумиры
Subscribe

promo golibus march 15, 2013 19:36 21
Buy for 20 tokens
Ecce Homo (Се, Человек!). худ. Антонио Чизери Сколько б я ни ленился и ни откладывал на "потом", изъясниться, все же, придется. Речь пойдет о стереотипах в сознании среднего обывателя, применительно к религии, Богу и о некоей "исключительности" отдельных народов.…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments