Голиб Саидов (golibus) wrote,
Голиб Саидов
golibus

Categories:

Фонтан желаний или как я чуть не стал чемпионом мира



(худ. Алессандро Варотари. «Марс и Венера играют в шахматы», 1630—1640)



Фонтан желаний


Мир я сравнил бы с шахматной доской:
То день, то ночь… А пешки? – мы с тобой.
Подвигают, притиснут – и побили.
И в темный ящик сунут на покой.
(из «Рубаи» Омара Хайяма,
Перевод Ивана Тхоржевского)



     Меня всегда интриговало и обескураживало известное высказывание: "ЧТО хорошо: знать всё об одном или же, понемножку обо всем?"
      Лично я, до сих пор так и не сумел однозначно ответить себе на этот вопрос. Уважая тех, кто без раздумий и колебаний склонен отдать предпочтение первой части, тем не менее, мои симпатии, пожалуй, ближе ко второй. Во всяком случае, так уж получается у меня по жизни, и винить в этом себя или судьбу просто глупо.
 

           С раннего детства я всегда проявлял интерес ко всему. Меня интересовало буквально всё: как устроено шмелиное гнездо; насколько крепки старые прогнившие доски на чердаке; на какое расстояние я могу позволить подпустить к себе свирепого сторожа, охранявшего урючины, расположенные на территории золотошвейной фабрики, что соседствовала рядом с нашим домом; так ли уж, стремителен и коварен водоворот на "двухтрубке", куда мы пацанами ходили купаться; выдержит ли меня во-он та тоненькая ветка шелковицы, откуда легко можно было дотянуться до дразнящих крупных янтарных ягод тутовника?
      Во дворце пионеров, что был расположен совсем рядом от дома, не осталось практически ни одной секции (кроме бокса), в которой, в разное время, мне не пришлось позаниматься: драматический, судомодельный, авиамодельный, танцевальный, изо-студия, радио кружок, борьба (вольная и классическая), фехтовальный, кружок киномеханика и... даже вышивальный! Каюсь, был такой "грех" в четвертом классе...
      Во дворе, пожалуй, не было ни одной такой игры, которую бы мы не перепробовали, начиная от простого катания ржавого обода велосипедного колеса, с помощью обычной хворостины, ахрычек, лянг и запускания воздушных змеев (гаранги), и заканчивая очень опасными играми, связанными с риском для жизни: войнуха (с пистолетами и автоматами с "венгеркой"), луки со стрелами (наконечники для стрел изготавливались из консервной банки), взрыв-пакеты из серы и магния, "ракеты", запускаемые в воздух при помощи карбида, стыренного на стройке и ещё многое-многое другое...
      Я слишком поздно взял в руки свою первую книгу. Это произошло со мною в возрасте четырнадцати, а может и - пятнадцати лет. Называлась она "И один в поле воин". Автор, если я не ошибаюсь, Юрий Дольд-Михайлин (Михайлик?). Зато потом, я начну читать запоем всё, что попадалось в поле моего зрения. Меня никто не направлял в нужном направлении, у меня не было необходимого старшего наставника, который бы мог подсказать - какие следует читать книжки вначале, а к каким подходить уже с накопившим ранее опытом. Мне просто везло. Домашняя библиотека, идеально подобранная и составленная отцом, сама подсказала - что и в какой последовательности следует читать. Мне всегда по жизни везло, как Иванушке-дурачку. Сначала на книги, а чуть позднее и на людей.
      Наверное я, всё-таки, азартный человек. Так уж, я устроен, что любое мало-мальски интересующее меня увлечение (а интересовало меня, как известно, многое), постепенно и неуклонно увлекает меня настолько, что у меня в одном месте начинает просто всё зудеть и гореть! Мне непременно нужно выяснить про этот предмет буквально всё! Всецело проникнувшись этим единственным, я погружаюсь в него с головой, абсолютно не замечая ничего вокруг и игнорируя всё остальное на свете.
      Затем, незаметно, на каком-то этапе, интерес постепенно ослабевает и я начинаю понимать, что был неоправданно эгоистичен и несправедлив по отношению к близким. И, при первой же возможности, стремлюсь загладить свою вину.
      Через какое-то время, мой взгляд задерживается на очередном предмете, и... история повторяется по новой.
      Это касается почти всех моих многочисленных увлечений, к которым я предавался с азартом сумасшедшего.
      Так, одно время, увлекаясь радиолюбительством, я истратил кучу времени и денег, чтобы очень скоро осознать, что коротковолновик из меня не получится. Начинал, как и все, с детекторного приемника. Верхом моей конструкторской мысли станут многочисленные мультивибраторы, фузы и квакеры для электрогитар, переносной компактный радиопередатчик, собранный на базе одного-единственного, но мощного по тем временам транзистора, с радиусом действия в пятьсот метров. К этому стоит приплюсовать двухламповый приемник и один усилитель, мощностью аж в целых три ватта! И надо сказать, что он успешно себя оправдает в нашем школьном вокально-инструментальном ансамбле: к нему будет подключена ритм-гитара. Наряду с немецкой колонкой "Регент 30" и венгерским "Бигом", мое творение тоже смотрелось совсем даже ничего...
      Потом на смену пришло телескопостроение.
      Боже мой! Домашние не знали куда себя девать: моя комната напоминала одновременно: и слесарную мастерскую, и химическую лабораторию и - обсерваторию. Сколько витринных стекол я перепортил, пытаясь создать телескоп-рефлектор, известно одному Аллаху. Сколько реактивов извел, наждака и абразивов... нервов.
      Потом, налюбовавшись небесными светилами, я понял, что новую планету суждено открыть не мне. И... благополучно завязал с астрономией.
      Нечто подобное произойдет и с шахматами. Правда, справедливости ради следует отметить, что это единственная игра, которую я очень рано воспринял не просто, как игру, но как руководство по жизни. Только этим и объясняется тот факт, что с шахматами я уже больше никогда не расставался. А вот, как они меня однажды чуть не высмеяли - об этом можно и поделиться с народом...


       Как я чуть не стал чемпионом мира...


      - Не забудь: завтра у тебя первая партия с Григорьевым! - напомнил мне на прощание старший методист клуба, когда я впервые, попав в шахматный клуб им.М.И.Чигорина, записался в турнир начинающих.
      Как и многие начинающие, я знал только, как ставится детский мат и как ходят фигуры. Конечно, о дебютах, кое-что доводилось слышать, но книжку приобрести, пока ещё не довелось.
      Никаких особых иллюзий в отношении своих шахматных способностей я не испытывал: игра была для меня одним из любимых способов приятного времяпровождения.
      Благодаря отцу, в нашей библиотеке сохранилось несколько шахматных сборников, по которым я и учился. Собственно говоря, правильнее будет сказать, не учился, а - просто, мне нравилось проигрывать на доске партии старых мастеров: Андерсена, Стаунтона, Морфи, Стейница, Ласкера...
      Среди прочих книг, мне особенно приглянулись две: "Международный шахматный турнир в Москве 1925 года" и "Матч-турнир на первенство мира по шахматам. Гаага — Москва, 1948 г." под редакцией П.Кереса.
      Переехав в Ленинград и впервые попав в шахматный клуб им.М.Чигорина, я испытывал благоговейный трепет от осознания того факта, что здесь некогда играли многие известные мастера и гроссмейстеры.
      Более всего меня поразило то, что сюда может прийти любой желающий и запросто записаться в шахматный клуб, став полноправным его членом.
      "Как здорово, что здесь можно совершенно бесплатно играть, сколько твоей душе угодно! - изумлялся я тогда. - Интересно, а в какую силу играю я сам?"
      На следующий день состоялась моя первая партия.
      Излишне говорить, что никакой ценности она не представляет. Тем более, что я проиграл её, просрочив время на последнем сороковом ходу. И, тем не менее, для меня она дорога и памятна, поскольку вызывает приблизительно такие же чувства, какие испытывает человек, вспоминая свою первую любовь.
     Дебют мною был разыгран настолько отвратительно, что может являться учебным пособием под названием "Как не следует начинать партию". Оба мы, как это и положено новичкам, допустили в процессе игры немалое количество ошибок. Наконец, к тридцать седьмому ходу черных на доске создалась такая позиция (см. диаграмму1).








      Находясь в жесточайшем цейтноте, я сыграл здесь 37...Лg4, в то время, как простое 37...Ф:b2 намного сокращало игру. Но даже и этот ход ещё оставлял черным шансы на победу.
      Однако, после 38.Фf3 С:g3+? 39.К:g3 Лh4+ 40.Крg1, мой флажок на часах безжизненно повис. Впрочем, спасти партию уже было невозможно.
      И всё же, как это ни странно, но по итогам этого турнира я набрал как раз те самые 50% очков, которых оказалось достаточно для того, чтобы мне присвоили IV разряд. Я был рад, что мне это удалось практически с первого раза, а - следовательно - получить право участвовать в следующем, более сильном по составу турнире.
      Когда же, по его окончанию выяснилось, что мне присваивается III разряд (2-ое занятое место), то наряду с удивлением, я ощутил и некоторую гордость, вполне понятную для начинающего шахматиста. Не теряя времени, я моментально включился в следующий турнир, намереваясь закрепить успех.
      Моему изумлению не было предела, когда по завершению оного, я стал обладателем II-ой категории (вновь 2-ое место). Меня стали терзать смутные сомнения: "А так ли уж, плохо я играю, если мне "автоматом" удаётся переходить из одного турнира в другой, по нарастающей?"
      Поэтому совершенно естественным выглядело неуёмное стремление, не останавливаться на достигнутом. Я должен был доказать - и прежде всего самому себе - что это не чистая случайность, а закономерный итог, свидетельствующий о моих незаурядных способностях.
     К этому времени, я уже уволился со своей прежней работы и окончательно устроился в шахматный клуб (в котором почти прописался), в качестве рабочего по обслуживанию оборудования. Надо отдать должное всем сотрудникам клуба: их моральная поддержка многое значила для меня.
 - Смотри-ка: а мы и не догадывались о твоем скрытом таланте?! - весело подначивали меня коллеги, вместе со мною радуясь моим скромным успехам.
 Не устраивая никаких перерывов, я с огромным волнением вступил в схватку за право именоваться перворазрядником. Ведь, получалось, что если мне удастся достигнуть этого рубежа, то я с полным правом могу гордиться, что нагнал его, а может быть даже и - перегнал... своего отца!
 Я не верил своим глазам: напротив моей фамилии в членском билете клуба появилась римская цифра один.
 "Ура-а, я это сделал!!!" - ликовала моя душа.
 "Что же, это получается? - с испугом вопрошал я сам себя. - За короткое время я автоматически, практически с ходу достиг до уровня перворазрядника. Осталось - всего-ничего: баллы, кмс, мастер спорта, гроссмейстер, а там глядишь, и..." - Я зажмурил глаза, на секунду представив себя рядом с Талем, Фишером, Ботвинником. Счастье переполняло мою душу настолько, что я совсем потерял голову:


 Вот он прошёл половину пути,
 Надо ещё половину пройти...
 Знак "ГТО" на груди у него,
 Больше не знают о нём ничего.


 Эти стихи С.Маршака, разучиваемые нами в 4 или 5 классе, как нельзя кстати всплыли в моем больном воображении. У меня заметно изменилась походка, выправилась осанка, грудь выпятилась немного вперед, а тон стал несколько пренебрежительно-снисходительным. Словом, всё было нормально.
 Впервые в жизни я засел за учебник дебютов Эстрина, тщательно готовясь к предстоящему турниру. Глубоко втайне я, конечно же, не сомневался, что заработаю эти два несчастных балла в два счёта. Но почитать, на всякий пожарный, все же, не помешает...
 В первом же турнире перворазрядников я с треском провалился, оказавшись аж, в нижней половине турнирной строчки. Некоторое время я сидел, словно пришибленный. А потом, придя в себя, неожиданно очнулся:
 - Павлины, говоришь?! - не выдержав, громко расхохотался я над собой. - Ну-ну: мечтай дальше, романтик!
 Грустно, но чемпионом я не стал. Потом я переквалифицируюсь в управдомы, и в кого-то ещё... Но мечту о своём Рио я навсегда сохраню в своем сердце. Потому что эта мечта мне помогала и продолжает помогать по жизни и надеяться на лучшее. А значить и верить. Верить в шахматы. Верить в людей. Наконец, верить в то, что я ещё пройдусь по набережной этой жизни в белых парусиновых штанах!
Tags: Мои книги
Subscribe

  • Актёрские байки и истории (3)

    Марина Левтова, Юрий Мороз и их дочь Даша. (Николай Лырчиков «За кулисами», Маша, Юра и Том Круз...) Мы были тогда…

  • Актёрские байки и истории (2)

    ЖИВАЯ ВОДА И МЁРТВАЯ... 50-е годы. На сцене Театра Советской Армии идет огромнейший по масштабам спектакль, что-то на тему…

  • Актёрские байки и истории (1)

    ЕЩЁ НЕМНОГО ОБ АХМАТОВОЙ И РАНЕВСКОЙ... Раневская в Ташкенте очень сблизилась с Анной Ахматовой: «...В первый раз, придя к ней в…

promo golibus march 15, 2013 19:36 21
Buy for 20 tokens
Ecce Homo (Се, Человек!). худ. Антонио Чизери Сколько б я ни ленился и ни откладывал на "потом", изъясниться, все же, придется. Речь пойдет о стереотипах в сознании среднего обывателя, применительно к религии, Богу и о некоей "исключительности" отдельных народов.…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments